Сворачивающиеся дневники

Игорь очнулся. Хотел повернуться на бок, но не смог. Несколько секунд приходил в себя, попробовал ещё раз. Что-то сверху не давало ему повернуться. Крышка. Он поводил руками по сторонам… Стенки. Мягкая обивка. Адреналин. Сердцебиение. Паника.
Глубокий вдох. «Немного времени у меня точно есть. Собраться, подумать, сделать. Если я сплю — то всё нормально. Если нет — то я или закопан, и тогда тоже всё уже известно, или в склепе, или ещё не закопан.».
Игорь двумя руками попробовал приподнять крышку. «Не закопан. Но выпрыгивать со всей дури не стоит, неизвестно, кто с наружи. Петли крышки справа. Темно, совсем темно».
Ещё раз чуть приподняв крышку, он придвинул голову к щели и пару раз вдохнул. Пщуфф. Пауза. Пщуфф, пщуфф. Земля по крышке. Закапывают.
«Всё, теперь мне некогда. Будем считать, что это двухметровая могила на свежем воздухе.»
Глубоко вдохнув, Игорь двумя руками резко откинул крышку, придерживая её правой сел, наклонился вперёд и вскочил. Шагнул вперёд, схватился за короткий край могилы и прыгнул вверх, поттягиваясь.
«Где я? Взлетел, как будто вешу килограммов 30. Или это из-за страха?». Мысль пролетела сама, Игорь уже вторую секунду бежал прямо. Вокруг действительно было кладбище. А сзади крики и начинающийся топот. Впереди — железный кованый забор с частыми шипами и высокие полукруглые ворота.
«Кто кричит — не интересно. Что кричат — не важно. Через забор или ворота? Ворота выше, если они рванут через забор — могут нагнать. Но шипы — опасно». Прыгнув последние полметра вперёд и метр вверх, Игорь на полсекунды повис на воротах и полез.
— Мы должны тебя закопать и мы тебя закопаем!
«Руки больно! Держаться руками. Ногу сюда, сюда, переносим вес тела. Руку перехватить одну, сжать прут, крепче сжать, перехватить другую.». Игорь никогда не занимался спортом. На автомате тело бы не сработало, сорвался бы, отпустил руку или запутался в ногах. Но контролировать тело сознательно у него получалось достаточно быстро.
Спрыгнул. В запасе 2-3 секунды. 20 метров прямо до дороги и машин. 40 влево — до фонаря. 200 вправо до круглосуточного магазина за углом. Полтора вверх — до преследователей.
«Нужны люди. Прыгать надо на капот, под колёсами не окажешься.». Игорь выбежал на дорогу, и сразу отскочил от машины, которая готова была его сбить. Отскочил и влетел на другую, которая начала тормозить ещё секунду назад. Пролетев по капоту сначала к стеклу, а потом обратно, Игорь оказался на земле.
«Мигалки на крыше. Синяя горизонтальная полоса справа и слева. Синие номера.». Сознание Игоря стало отключаться.
Хлопнув дверью, сержант вышел из машины:
— Гражданин! По каким причинам вы на улице?
«Ещё далеко не всё».
— Какие-то психи хотели только что меня живьём закопать.
Игорь встал, хлопнул рукой по брючине, символически отряхнувшись и показал рукой в сторону ворот. Сатанисты за это время успели перелезть обратно и смотрели на Игоря через ворота.
— Что?!, — сержант побагровел лицом, однако даже головы в ту сторону не повернул.
— Руки на капот, быстро!, — сержант снял с пояса дубинку и сделал шаг к Игорю.
— Там могила свежая и гроб пустой!
На плечо Игоря тяжело опустилась дубинка, потом сержант сделал ещё шаг, схватил Игорю левую руку и заломил её за спину.

- Вы обвиняетесь в бойкоте священного права на закапывание живьём!

To be continued…

Возможно, я дозреваю до книги. Я не писатель, но, видимо, мне придётся её написать, что бы самому себе обьяснить огромное количество вещей. Остановить блуждание разума из-за которого помыслить целиком даже одну мысль удаётся с превеликим трудом и не далеко каждый раз.
Обычно же мозг обречён быть в плену одних и тех же мыслей постоянно. Например, думаешь и решаешь, что нужно «пахать, пахать и пахать», что бы достичь своей золотой мечты. Золотой — выраженной именно в злате. Но в какой-то момент решаешь, что ты в жопе, или ленивый, или ещё что-нибудь и мыслишь о других вещах. Потом возвращаешься к первой мысли о злате и опять решаешь, что нужно «пахать и пахать». Или пережёвываешь одну и ту же жевачку о патриотизме. И постоянно себе доказываешь, что ты патриот. Или то, что патриотизм — зло. Или попеременно то или другое. Или стиль. Сначала решаешь, что тебе плевать на реакцию окружающих, проходит время и вот застаёшь себя в бутике, подбирающим себе стильную одежду. Хотя стиль — это дань мнению окружающих. Если испачкать светлую футболку пастой из ручки, ходить в ней уже не стоит, не так ли? Хотя если она чистая (просто паста не отстиралась) и саму пасту ты не видишь — чем эта футболка хуже? Только реакцией окружающих.

Достаточно сходить в загон для молодёжи (например, центральную площадь вечером в субботу), что бы ощутить брезгливость. Немало мудаков строят из себя крутых только потому, что у них есть машины. Да, прокатиться интересно. Но их интерес не в этом. Черпают эмоции других мудаков, которые завидуют первым. Сарказм ситуации в том, что если спросить — кто тут первым завидует — ни одной руки не будет. Это как с идиотами. Все знают, что идиоты существуют, но опроси всех — никто не признается. Если только для прикола. Но внутренне — нет.

И все инстинкты подсказывают, что ты должен быть там, в толпе, ты должен, нет ты ХОЧЕШЬ крутую тачку. И ничего не стоит заработать на неё и купить. Это можно при желании сделать даже быстрее, чем окончить курсы вождения.

И вроде радуешься, что ты в стороне от толпы, но как-то не натурально. Битый блок инстинктов позволяет тебе думать, однако взамен ты теряешь возможность инстинктивно удовлетворять потребности тела.

Что ж, оставим пока это.

О философии.

Философия, есть нереализованная сексуальная энергия. Полагаю, вообще всё есть нереализованная сексуальная энергия. Вспоминается ролик, где парня пытается соблазнить и отвлечь от компьютера сексапильная девушка в кружевном белье. Желание закипает в нём настолько, что он не выдерживает, идёт на кухню и приносит бутылку шампанского в ведёрке льда. Девушка в предвкушении. Он вынимает бутылку и высыпает лёд себе в трусы. После радостно возвращается к экрану.
Однако же кто предпочтёт вместо тупых фрикций в лоне нежной девушки с упругой грудью и изящной фигуркой философские рассуждения в 2:18 ночи? Предположим, что и эрекция есть, и силы, и желание и место? Так и вижу лес рук пресыщенных сексом и жаждущих утончённых удовольствий. Однако же ждёт вас пара лет без женщин как минимум, иначе ваш удел — лишь чтение.
Полагаю, желающих поубавилось, а если не брать в рассчёт антисексуалов, про которых я написать не могу, так как знаю лишь двоих, да и то один живёт с девушкой, так что, полагаю, антисексуал он лишь на словах, так вот, если подобных им не считать, то и вовсе не осталось.
Я разумеется, тоже не желающий. Однако выбора не имеется.

Что же, ситуация обрисована и можно продолжать.

Пути предо мной два. Обрисовать часть сегодняшних чувственных переживаний, либо попробовать вывести общие взаимосвязи в интересующем меня предмете. Подглядывающим за чужой жизнью было бы интереснее первое. Мне — тоже. Потому попробую сделать второе.

Философия не есть удел юнцов, ищущих своё место в жизни. Они пережёвывают то, что до них уже пережевали и переварили не одну тысячу раз. Всего лишь потому, что они отрицают всё. Юмор в том, что они отрицают даже то, что отрицают всё. Хороший эволюционный механизм, благодаря которому один из миллиона толкает человечество вперёд, остальные же 999 999 тратят много лет, что бы понять то, что все остальные уже прекрасно знают.
Нет, философия есть удел людей с опытом.

Что же, исписался я на сегодня, вдохновение исчезло мгновенно. Если [отцензурено], продолжу.

Из недописанного. Вряд ли допишу, потому публикую так.

К вечеру, через несколько часов пути мы вышли к побережью. Направо вдалеке горели огни форта и мы направились к ним, в надежде поесть и переночевать.

Приблизившись к форту, поговорили со стражником и узнали, что это не военный форт, а деревня. А ещё имеется здесь башня мага Сезалиуса. Отдав серебрянный стражнику за информацию, направились в таверну, где сняли комнату.

С утра я направился сразу в башню, были у меня для мага кое-какие вещи на обмен или продажу. Однако меня не пустили. «Пропуск лично от Сезалиуса нужен. Нет, встретиться с ним и договориться о пропуске нельзя. Заинтересуете его, он вас сам найдёт. Как заинтересовать, не увидевшись — не моё дело.»

Брожу по городу. Вижу — тусуется группа людей, из них трое — наши. Выясняется, нанимают на работу. Платят, э-э, недостаточно щедро, но нанимает Сезалиус, а значит есть возможность с ним встретиться.

Соглашаюсь, выписывают пропуск на 8 человек, идём к Сезалиусу. Меняю ему polymorth other на fireball с доплатой.
- Работа, — говорит он, — в подземелье, копаю тут для своих нужд под башней, нужны строители. Оплата подневная, золотой в день.
Какие мы, к чёрту, строители? Хотя может что интересного выкопаем.
- Какой золотой, — говорю я, — у нас в партии два варвара, сами рискуйте предлагать такие деньги им за работу, мне жизнь дорога. Давайте три.

Сторговались на 20-и золотых на восьмерых человек.
…
Стоим в подземелье. Работать не хочется страшно. Ещё куча других рабочих и охранников. Ладно, делаю вид, перенёс пару камней. Кое-как дотянул до обеда, набил живот и тут слышу крик. Идём (бежать ещё не хватало) туда, видим завал и из-под кучи камней высовывается рука и шевелится. Засыпало кого-то.

Раскопали, но человек умер у нас на руках.
- Эй, у него ступни нет! Отгрыз кто-то.
Кто — не понятно. То ли хомячки-мутанты, то ли морские свинки, я в животных не разбираюсь, но нужно быть осторожнее.

Осмотрели местность внимательно, нашли норы, показали начальству. Оно, почесав в затылке, выдвинуло гениальное решение — копать. Лады, копаем вглубь. Через час докопались до остатков какого-то древнего подземелья.

Замочили толпу тех самых крыс и случайно маг нашёл один интересный предмет. Настолько интересный, что при попытке определить магию его ошарашило и он полминуты стоял как статуя.

Потом показывает мне — хрустальный шар.

Дождались мы вечера, выходим из подземелья. Охранник на входе:
- Вы ничего не находили?
- Крыс находили.
- Точно ничего не находили?
- Говорю же, крыс находили и замочили всех.
- Вам напрямую к Сезалиусу.
- Хорошо, спасибо, что сказали, пойду скажу остальным.

«Что за бардак? Всё идёт не так, как надо».
Отходим.
Маг высовывается из-за угла и кастует сон. Кастует неудачно и стражник поднимает тревогу. Тогда выбегаю я и кастую Color Spray. Всё, несколько раундов этот старый маразматик нам мешать не будет.

Толпа партийцев тормозит, а мы с магом, переглянувшись, рванули отсюда подальше. Бежим и видим, что двери башни закрываются. На ходу бросаю арбалет и посох и в последний момент мы с магом успеваем выскочить за смыкающиеся двери. Я:
- Подождём остальных? («интересно, как выбираться будут»).
Тут рядом с ногой мага в землю втыкается стрела.
- Не будем!
Кастую невидимость, маг — поспешное отступление и валим отсюда.
…
Сидим в таверне, пьём чай, ждём остальных.
…
А у остальных тем временем назревает злость. Их бросили, свалили, унесли документ, по которому зарплату выдают. А варвар, он такой — напрягаться из-за двух золотых никак не хотел, но если уж напрягся, порвёт любого, кто встанет на пути к получению заработанного.

Первым в таверну входит рейнджер и сразу на нас наезжает.
- Садись, — говорю, — мы деньги получили, сейчас поделим.
Высыпаю горсть золотых на стол перед ним.
Подтягиваются остальные. Увидев деньги, почему-то сильно удивились, но промолчали, взяли каждый свою долю. Воин мне:
- А чего вы к Сезалиусу не хотели идти.
- А чего у него делать. Хочешь, сходи.
- У меня пропуска нет.
Отдаю ему пропуск.
Трое сразу сваливают к Сезалиусу, с остальными я разговариваю про шар. Мол, надо сваливать из деревни прямо сейчас, потом разберёмся, но вещь ценная.

Что мы и делаем. Обосновались в лесу, рейнджера отправили за парой жемчужин и бутылкой вина. Сплю.
…
С утра оба рейнджера ушли охотиться. А я сижу, толку жемчужины в порошок и совиным пером размешиваю в вине. Пью и является мне откровение, что шар этот, артефакт хороший, для воровства различных предметов из других планов. За компанию и меч длинный из прошлого приключения оценил. Является он мечём +1.

Шар, конечно, хороший, да кому его продашь? Сильный маг, которого такое может заинтересовать, заберёт бесплатно, хорошо, если в живых оставит.
Маг вызвался продать его Сезалиусу. Мол, спрятать хорошо, тогда можно поторговаться.

Сидим, ждём, спрятались в кустах. Через полчаса прибегает вор, что стоял на шухере, говорит, что там идут наши с не нашими. Ждём их, вор сел у костра, я его отправил быть дипломатом.
О чём они разговаривали минут 5 я не знаю, но ничем хорошим это не кончилось. Толпа троих «наших» с троими «не нашими», магом и двумя рейнджерами, стала двигаться в мою сторону. Встаю, иду им навстречу, оставив артефакт в кустах.
- Стойте.
Идут дальше. Делаю вид, что готовлю заклинание.
- Стойте, разговор есть.
Останавливаются. И я невнятно («хреновый из меня дипломат») обьясняю, что эти трое — враги, а вещь, за которой они пришли дорого стоит и денег будет на всех.
Куда там. Им заплатили, а тут маг, пусть и свой немного, чего-то непонятное бормочет. А вообразить сумму больше ста золотых для варваров всегда было большой проблемой.
Отбегаю, кастую невидимость и с сожалением наблюдаю, как два тупых варвара с подбившим их на глупость воином своими руками забирают у всех несколько тысяч в обмен на сотню (как потом выяснилось) для себя любимых. (мощный артефакт в кустах магу сложно не заметить).

Невидимым подхожу поочереди к варварам, пытаюсь им на ухо обьяснить ситуацию. Одного пронимает.
Один рейнджер в засаде начинает стрелять, второй тупит (как обычно). Я кастую слепоту на одного из вражеских рейнджеров, их маг кричит «бежим» и «наш» воин слушается и драпает со всех ног, унося артефакт.

Партия продолжала двигаться подальше от руин. На горизонте показалась полоса леса.
- Насколько далеко мы от цели? — спросил Безымянный.
- Ещё два-три дня. Если не будет проишествий. — Марко Воло хлопнул лошадь по крупу, что бы та двигалась бодрее.

Когда партия пересекла границу леса, Безымянный вновь спросил.
- А что это за лес?
- Сумрачный. Сумрачный лес. — Марко Воло улыбнулся, глядя на Безымянного. — Это спокойное место, вряд ли нам здесь что угрожает.
- Не нравится мне здесь.
Взмахнув рукой, Безымянный вскрикнул, — Magic Vestment*! — И коснулся своей клёпаной кожанки.

«Параноик», еле слышно произнёс молчавший до этого Нерис, поправил капюшон, закрывающий его остроконечные уши и продолжил ехать за остальными.

Партия двигалась дальше.
Ближе к вечеру они достигли небольшой опушки. Двое мужчин занимались какой-то работой. Увидев приключенцев, они оставили свои дела и подошли к краю дороги, приглашая путников затормозить.
…
«Хм, почему мы идём с ними, когда мы успели согласиться?», — Безымянный пытался составить из обрывков фраз в голове цельную картину. «…простите моего напарника за невежливость…», «…отдохните с дороги у скромных монахов…», «…урожай винограда…». «Barskin.*», тихо произнёс Безымянный, дотронувшись одной ладонью запястья другой.
Монахи ничего не заметили или сделали вид, что так.

- Теперь я узнал эту одежду, — сказал Безымянный Нерису, когда они достигли монастыря и увидели других монахов, занятых работой и тренировками. — они поклоняются Элонне, богине лесов. В их доме нам нечего бояться.

Настоятель предложил путникам переночевать у них и пообещал плотный ужин в честь дорогих гостей и получил их согласие. После небольшой экскурсии по виноградникам* и винодельне, приключенцев проводили в столовую.
- Кстати, наше вино довольно известно в этих краях.
- Да? В таком случае я взял бы у вас бочонок, — Торн всегда живо реагировал на подобные вещи.

Ужин был действительно на славу. Видимо монахи достали многое из своих спец.запасов.
- Я есть не буду. — с этими словами Свинт отодинул тарелку от себя. Однако через некоторое время он передумал. Нерис щёлкнул пальцами, сказал «Detect Poison*» и с аппетитом принялся есть.

…

Позже, в комнате, которую им выделили.
Свинт и Безымянный спали глубоким сном на своих кроватях. Сохем укладывался, положив свой искусно инкрустированный посох в изголовье кровати. Марко Воло сказал, что ему нужно выйти.
- Я провожу тебя, — сказал Торн и вышел вслед за ним, прихватив свой двулезвенный меч.
Они прогулялись на улицу, Марко Воло по дороге свернул на кухню и взял там кофе.
Торн — «Положи на место, от тебя с твоим воровством одни неприятности.»
Марко Воло — «По-моему на нас использовали снотворное. Это должно помочь.»

«Что-то меня немного в сон клонит» — зевнул Нерис, — «странное ощущение*, с чего бы это? Точно, эти идиоты использовали снотворное. Снотворное на эльфа, что может быть глупее? Надо растолкать этих двоих».

В этот момент дверь распахнулась и в комнату вбежали несколько монахов и сразу бросились на Нериса. «Если я брошу здесь Fireball*, мы все сгорим.», с этими мыслями он обнажил свою рапиру и вступил в бой. Сохем вскочил и схватил свой посох.

Тем временем Торн с Марко Воло возвращались в комнату.
- Что здесь твориться? — с этими словами Торн перехватил по-удобнее свой меч и бросился в атаку. Марко Воло последовал его примеру.

Монахи и приключенцы продолжали обмениваться ударами. Практически сразу от шума битвы проснулся Безымянный и сел на кровати. Окинув взглядом обстановку, он быстро всё понял. Ночные нападения на партию совершались не так уж редко.

Удача и умения были явно не на стороне монахов. Из десяти, ворвавшихся в комнату на полу лежали уже четверо. Перехватив правой ладонью святой символ у себя на груди Безымянный вскричал — «Покоритесь воле Бога! Ложитесь на землю!». Greater Command* сработало хорошо, четверо из шестерых монахов сделали, как им сказали.

Сохем ударил своим посохом о землю и души пятерых покинули свои тела, оставив слабый шлейф по пути в посох. «Я не хотел их смерти,», — думал Безымянный, — «а этот колдун со своим посохом меня беспокоит».

Последний, оставшийся в живых монах, бросился к дверям. Торн подсёк его на половине пути и монах распластался по земле. Воин оглушил его ударом рукояти. — «Он нам всё расскажет!». Достав верёвку, Торн связал пленника.

Безымянный, одев доспехи, щит и взяв в руки свою дубину — Нужно осмотреть здесь всё. Кто со мной?

Свинт, которого разбудили к тому времени, Марко Воло, Торн и Безымянный бросились обыскивать все комнаты. На первом никого обнаружено не было. На втором этаже тоже не было никого, но был большой сундук. Безымянный ударил дубиной по замку. Тот не поддался.
- Дай я, — с этими словами Свинт начал ловко ковыряться в замке отмычкой. Через некоторое время замок был открыт.
Внутри был обнаружен сундук поменьше. Свинт стал возиться с новым препятствием.
Терпение у Безымянного лопнуло, — «отойдите все». «Shatter*!», сказал он, вытянув руки перёд. Раскинув обломки сундука, взял ларец, единственный ценный предмет тут и отдал его Торну. «Вскроем позже». Компания направилась вниз, в подвальные помещения.

…

- «Я его буду пытать! Калёным железом!», — Нерис направился к кровати с твёрдым намерением оторвать от неё пару деревяшек для костра. — «Впрочем, если поковырять кинжалом, тоже расколется. И побыстрее будет».
- В подвале они, в подвале!
- Кто?
- Настоящие монахи!
- А вы кто?
- Наняли нас. Шон Мардук обещал за вас много денег!
Монах глухо вскрикнул и кровь потекла на пол. Нерис вытер рапиру о постель. «Идём в подвал», бросил он Сохему и вышел за дверь.

В подвале кроме нескольких бочек вина оказалась железная решётка с несколькими пленниками за ней. Освобождённые благодарили и спрашивали, чем они могут помочь.

- Нам нужно выспаться. Возможно, теперь нам здесь действительно ничего не угрожает…

____
Прим.
1. Magic Vestment — улучшает щит или доспех, увеличивая бонус защиты, сейчас +2. Продолжительность заклинания на текущий момент — 9 часов.
2. Barskin — дубовая кожа, увеличивает естественный защитный бонус. Сейчас +4. Полтора часа.
3. Я не знаю, что виноградники делали в лесу. Возможно это окраина леса выходящая к озеру. И виноградники были расположены между этим озером и лесом.
4. Detect Poison — Определяет, есть ли в пище яд.
5. Эльфы не спят, они находятся в трансе 4 часа в сутки.
6. Fireball — Шар огня, диметром около 14 метров.
7. Greater Command — Заставляет существ подчиняться одной команде каждый раунд, если те не выкинут спасбросок. Радиус воздействия — выбранные существа в радиусе 10 метров от цели (до девяти существ сейчас). Длительность сейчас — 9 раундов.
8. Shatter — Разрушает всё хрупкое в радиусе метра от цели или один твёрдый неволшебный предмет.

P.S. Это сегодняшняя AD&D-шная партия.